© Сайт "Боровский тракт" 2011-2016
Петровское Валерий Ипатов
 

Продолжая повествование об исторических и памятных местах, расположенных на Боровском тракте, наш дальнейший рассказ пойдёт о прошлом села Петровское, входящее ныне в территориальный состав муниципального образования городское поселение Калининец. Село Петровское в XVII веке называлось Княжищево (Князищево) и c окружающими его деревнями и земельными пустошами по писцовым книгам в 1627 году являлось вотчиной Боровского - Пафнутьева монастыря. В 1706 году эти монастырские земли, включая и Княжищево, указом императора Петра I были пожалованы дипломату, барону Петру Павловичу Шафирову, перешедшие после его смерти к сыну Исаю, который в свою очередь, после постройки в селе деревянной церкви Петра митрополита Московского и Киевского переименовал его в Петровское. Но более подробно об этом мы рассказывали ранее из истории Селятино. Из чего лишь напомним, что следующими владельцами села Петровское после Шафировых был генерал-аншеф Алексей Иванович Тараканов, а затем на протяжении около ста лет им владели известные промышленники Демидовы. С Никиты Акинфиевича Демидова устроителя в селе каменного дворца и других представителях его рода, мы и продолжим свой рассказ о прошлом села Петровское.

Внук тульского кузнеца Никита Акинфиевич Демидов, произведённый при Екатерине II в статские советники, родился 8 сентября 1724 года на берегу реки Чусовой во время пути его родителей из Тулы в Сибирь. С юности Никита проявлял интерес к семейному делу и уже в 19 лет обладал недюжинной деловой хваткой и необходимыми знаниями в области горного дела и металлургии. Полученные по наследству заводы, в отличие от своего брата Прокофия (Прокопия), он не только не растерял, но и приумножил, построив при этом ещё три новых. Его предпринимательская деятельность была весьма успешной. Производительность принадлежавших ему заводов превышала выпуск чугуна и железа на всех заводах его отца до их раздела наследниками. При этом Никита Акинфиевич любил заниматься науками и покровительствовал ученым и художникам. Он находился в дружеской переписке с Вольтером, одним из крупнейших философов и просветителем во Франции XVIII века. Один из первых среди братьев начал собирать коллекцию художественных и исторических ценностей. Во время своего путешествия по Европе (1771—1773) посещал мастерские художников и покупал понравившиеся ему картины. По его заказу написал серию полотен Жан Батист Грез, а живущий в Париже шведский живописец Александр Рослин написал портреты Никиты Акинфиевича и его супруги. Большие денежные суммы Демидов тратил на обучение молодых дарований. Немало крепостных художников по его указанию было направлено на учебу в Москву, за границу, и в Императорскую Академию художеств Санкт-Петербурга. Великий князь Пётр Фёдорович, будучи ещё наследником престола, неоднократно занимал у Демидова деньги и пожаловал ему Анненскую ленту с тем, чтобы он «возложил оную на себя по кончине императрицы Елизаветы Петровны». Вскоре, по восшествии на престол, уже в качестве императора Петра III Демидов потерял расположение к себе со стороны нового государя и был лишен им пожалованного ордена. Однако Екатерина II возвратила ему его, и вместе с тем произвела в чин статского советника, но при этом запретила употреблять его на службу без именного указа. К великому огорчению Никиты Акинфиевича, первые два его брака были бесплодны. Третьей женой стала Александра Евтихиевна (1745 — 1778), дочь купца Евтихия Ивановича Сафонова. В браке она родила двух дочерей и сына: Екатерину, Марию и Николая. Вот для своей жены Никита Акинфиевич в 1770 – 1780 годах и воплощает в селе Петровское, проект архитектора Матвея Фёдоровича Казакова, создателя классического типа русской усадьбы. Она представляла собой квадратный дом, который завершался ротондой с плоским куполом, а на её вершине была установлена статуя Аполлона. Главную лестницу украшали чугунные сфинксы, сделанные на демидовских заводах. По сторонам дома были построены четыре флигеля. А на подъезде к усадьбе был перестроен в 1785-1786 гг. Шафировский храм Петра Митрополита и возведена колокольня. Здесь Н.А. Демидов и его супруга были погребены. В 1858 году уже князь А.В. Мещерский к колокольне на месте захоронения его ребёнка пристроит Покровскую церковь. В 1782 году сын Никиты Акинфиевича Николай Никитич к демидовским землям села Петровское приобрёл ещё усадьбу в селе Большое Свинорье, лежащей на Боровском тракте.

Николай Никитич Демидов, кроме того, что продолжал дело отца, был, как и он меценатом. Являлся кавалером Мальтийского ордена и тайным советником. Во время второй русско-турецкой войны адъютант Потёмкина. На свои деньги построил на Чёрном море фрегат. А в войну 1812 года выставил полк солдат, названный Демидовским, обмундировав и вооружив его на свои средства. Со своим сыном Павлом и полком, в котором был шефом, принимал участие в Бородинском сражении, за что получил благодарность от М.И. Кутузова. Кроме того, в Петербурге им на свои средства были построены четыре моста. На своих уральских заводах создал живописную и арифметическую школы, преобразованные впоследствии в многопрофильное училище. Лучших учеников направлял завершать образование за границей. С 1815 года Николай Никитич постоянно жил во Флоренции, где был посланником. Однако не забывал заботиться о своих заводах, принимая меры по их улучшению. В Крыму развёл виноград, тутовые и оливковые деревья. В 1819 году пожертвовал 100 тыс. рублей в пользу инвалидов войн. А в 1824 году пожертвовал 50 тыс. рублей бедным в связи с наводнением в Петербурге. В 1825 году отдал свой собственный дом и 100 тыс. рублей для Дома трудолюбия. Во Флоренции построил детский приют. В этом городе ему возвели памятник. Николай Никитич был женат на Елизавете Александровне, в девичестве Строгановой, которую сразу после свадьбы увёз в Париж. Но этот брак не был счастливым. Прежде всего, это было связано с не соответствием характеров и вкусов супругов, что привело к взаимному отчуждению, чуть ли не кончившимся разрывом семейных отношений, после рождения второго сына Анатолия. Весьма ветреная, кокетливая и легкомысленная Елизавета Александровна, окружила себя ухажорами, что само собой не могло не раздражать её мужа. Художники изображали её то полуобнажённой вакханкой, то молящейся праведницей. Это кокетство и любовь к светским развлечениям не уживались с суровым и тяжёлым в быту характером мужа. Перед Отечественной войной 1812 года супруги вернулись в Россию и жили в Москве. После победы над Наполеоном Елизавета Александровна снова вернулась в Париж, но без своего мужа, который будучи посланником, нёс службу во Флоренции. Она умерла в 1818 году от болезни в тяжких страданиях в возрасте 39 лет. Николай Никитич умер в 1828 году, прожив всего 55 лет.

Их старший сын Павел Николаевич (1798 – 1840) вместе с братом Анатолием унаследовал имущество отца, включая и Нижнетагильские заводы. Участник войны 1812 года он был уволен с военной службы в 1826 году, для определения к статским (гражданским) делам с чином коллежского советника. В 1831 году его назначили Курским гражданским губернатором. В то время в губернии бушевала страшная холера. На свои средства он построил в городе четыре больницы. Павел Николаевич продолжал следовать, ставшей уже родовой традицией покровительствовать процветанию в России научных знаний. С 1830 года и до конца своей жизни им ежегодно, в день рождения императора Александра Павловича 17 апреля, вносились в Академию Наук по 20000 рублей «на награды за лучшие по разным частям сочинения в России» и по 5000 рублей «на издание увенчанных Академией рукописных творений». За такое щедрое пожертвование Демидов удостоился выражения особого благоволения императора Николая Павловича. Начиная с 1832 года, Академия Наук из пожертвованного Демидовым капитала ежегодно назначала за выдающиеся сочинения Демидовские премии большие в 5000 рублей и малые в 2500 рублей. Вместе с братом Анатолием, Павел Николаевич учредил в Санкт-Петербурге детскую больницу, на содержание которой внёс особый капитал, и кроме того, сделал крупные пожертвования в Комитет инвалидов, в Приют для бедных, в Общество садоводства и другие. Младший брат Павла Николаевича – Анатолий (1812-1870) лишь изредка приезжал в Россию. Купив княжество Сан-Донато близ Флоренции, он получил право именоваться Демидовым князем Сан-Донато. Женился на племяннице Наполеона Бонопарта, Матильде. Ну а Павел Николаевич был женат на фрейлине императорского двора Авроре Карловне Шернваль (1808-1902) одной из первых красавиц Петербурга. От этого брака за несколько месяцев до смерти Павла Николаевича от болезни лёгких родился сын Павел (1839-1885). Он окончил юридический факультет Петербургского факультета, был сотрудником посольств во Франции и в Австрии. С 1871 по 1876 – городской голова в Киеве. Во время русско-турецкой войны 1877-1878 гг. – чрезвычайный уполномоченный Петербургского общества Красного Креста. От своего бездетного дяди Анатолия Николаевича унаследовал титул князя Сан-Донато, который за ним был утверждён итальянским королём и российским императором.

Но последние поколения Демидовых, владельцев усадьбы, в селе Петровское, уже не бывали. В середине XIX века она перешла к коллежскому советнику Василию Николаевичу Жаркову, ну а затем до 1917, этим имением владела семья князей Мещерских. Они и стали последними её хозяевами. По мужской линии это был князь Александр Васильевич Мещерский. Он родился в 1822 году в Санкт-Петербурге, а его родителями были статский советник князь Василий Иванович Мещерский и баронесса Шарлота Борисовна Фитингоф. Для справки лишь следует добавить, что князь Александр Васильевич Мещерский является последним, имевшим мужское потомство кровным представителем которого в дореволюционной России, был его сын Вячеслав от Екатерины Подборской.

Отец А.В. Мещерского князь Василий Иванович по данным справочника Карла Нистрема «Указатель селений и жителей уездов Московской губернии», изданного в 1852 году, владел близлежащими от села Петровское селениями: Алабино, Владимирово, Зверево, Ильинское, Красково, а вместе с ними деревнями Пахри (Берёзки) и Хлопово. Возможно, что компактное расположение этих владений отца вокруг села Петровское и наличие в нём большого усадебного дворца послужило одним из поводов приобретения Александром Мещерским у В.Н. Жаркова этой усадьбы. Трудно сказать, когда это произошло, но вероятно не позднее 1858 года, когда А. В. Мещерский построил в селе Петровское Покровскую церковь, о чём говорится в официальной истории самого этого храма, но и не раньше 1852 года, когда усадьба ещё принадлежала Жаркову. Ставшее общим землевладением князя А. В. Мещерского село Петровское и перешедшее от отца село Алабино, видимо и дало основание некоторым историкам, краеведам и многим публицистам называть возведённую Демидовым усадьбу под двойным названием Петровское – Алабино. Рассказывая ранее о прошлом Алабино, мы уже касались этой темы, пояснив, почему с исторической, географической и юридической точки зрения это нельзя считать верным. Даже последние владельцы этой усадьбы молодая вдова князя А.В. Мещерского и её дочь Екатерина иначе, как Петровское её в своих воспоминаниях не называли.

Ну, а продолжая свой рассказ о князе Александре Васильевиче Мещерском, следует сказать, что свою карьеру он начал в 1834 году юнкером Оренбургского уланского полка. А первое офицерское звание корнета кавалерии, по нынешнему времени младшего лейтенанта, он получил в 1839 году. Среди знакомых Александра Васильевича были литературные и общественные деятели: П.Я.Чаадаев, А.А.Перовский, М.Ф.Орлов, С.А. Соболевский. Был он знаком и с М.Ю. Лермонтовым, о котором оставил свои воспоминания. В 1845 году князь Мещерский принимает участие в Кавказской войне, где получает ранение. Вернувшись в Москву, становится адъютантом московского генерал-губернатора. А вскоре, в 1848 году, он венчается с графиней Елизаветой Сергеевной Строгановой (1826 – 1895). От этого брака у них родилась дочь Наталия, которая вышла замуж за герцога Сассо де Руффо и жила постоянно в Италии. В 1850 году Мещерский выходит в отставку в чине ротмистра. Но во время Крымской войны вновь поступает на военную службу в чине подполковника для особых поручений к новороссийскому и бессарабскому генерал-губернатору. С 1863 по 1869 год князь является Верейским уездным предводителем дворянства, а с 1869-го по 1875 год уже Московским губернским предводителем дворянства.

Но, не в пример другим дворянам, князь не устраивал в усадебном дворце пышных балов, в нём размещались его богатейшая библиотека, одно из лучших в Европе частных собраний картин и обширная коллекция старинного оружия. История одной из картин - «Мадонна с ребёнком» флорентийского художника Боттичелли (1445-1510), принадлежавшая князю Мещерскому, скрывает за собой целую цепь загадок её истории. Известно лишь, что после 1917 года большевики все культурные сокровища князя Мещерского конфисковали.

С 1883 по 1884 годы князь Александр Васильевич Мещерский становится Полтавским губернским предводителем дворянства, где знакомится с Екатериной Подборской дочерью лечившего его в Полтавском имении Прокофием Семёновичем Подборским, который хоть и был генералом медицинской службы, но происходил из обедневших польских дворян. Князь Мещерский, зная, что его дочь мечтает стать певицей, оплачивает её занятия в консерватории и стажировку в Италии. Вскоре после смерти первой жены Александр Васильевич женится на Екатерине Подборской, чем вызывает возмущение своей дочери от первого брака и близких родственников. Дочь князя Наталья Александровна написала царю прошение, умоляя его взять отца в опеку, т.к. его в 73 года женила на себе молоденькая любовница, певичка шантана, польская еврейка. Муж был старше своей жены на целых 48 лет. Масла в огонь подлило и то обстоятельство, что молодая невеста была беременна. Однако слух о том, что ребенок, мол, «не княжеских кровей», опровергло рождение в 1896 году сына Вячеслава. Он был так похож на князя Александра Васильевича, что сомнения относительно отцовства в аристократических кругах сразу развеялись. Но счастливая жизнь семейной четы Мещерских оказалась недолгой. В 1900 году здоровье престарелого князя резко ухудшилось и 22 декабря 1900 года по старому стилю, а по-новому 4 января 1901 года, он скончался. Сын князя Вячеслав воспитывался в Пажеском корпусе и в годы Гражданской войны воевал на стороне белой армии, затем эмигрировал. Умер в Нью-Йорке в 1952 году.

Вдове Екатерине Прокофьевне Мещерской не раз поступали выгодные предложения о повторном замужестве. Но все они, как говорят источники, были отвергнуты. Тем не менее, в 1904 году у неё родилась дочь - Кити Мещерская или Екатерина Александровна Мещерская. Согласно все тем же источникам, княжна Екатерина Александровна Мещерская всю свою жизнь прожила в СССР. Ей удалось уцелеть во времена сталинских репрессий. Она не сломалась, пережив многочисленные аресты и содержание в Бутырской тюрьме. Следует отметить, что этим она была обязана прежде всего дружбе с бывшим кавалергардом, графом, автором книги «50 лет в строю», генерал-лейтенанту Алексею Алексеевичу Игнатьеву и его другу по Пажескому корпусу Сергею Владимировичу Симанскому, позже известному, как Патриарх Всея Руси Алексий I. Но вот остаётся не раскрытым по настоящее время любопытный факт. В своих воспоминаниях Екатерина Александровна указывала 1904 год своего рождения, а своим отцом князя Александра Васильевича Мещерского, который, как известно, скончался в конце 1900 года. В действительности кто был её настоящим отцом остаётся загадкой. Ну, а её мать Екатерина Прокофьевна, тоже не раз подвергалась арестам и репрессиям. Один из них был связан с картиной Боттичелли «Мадонна с ребёнком», переданной большевикам из коллекции князя Мещерского. Известно, что все мадонны Боттичелли находятся в музеях Италии. Но картина Сандро Боттичелли «Мадонна с ребёнком», которая была им написана на деревянной доске, при первом изъятии художественных ценностей князя Мещерского не была найдена. Сама же Екатерина Александровна, которой в то время было 14 лет, была свидетелем этих событий, и поэтому её мемуары представляют ценность в поиске следов картины Боттичелли.

В своих воспоминаниях, часть из которых опубликованы в интернете, она пишет, что в конце 1917 года её мать была лишена всего имущества, а имения конфискованы. Кроме этого, в 1918 году её арестовали и приговорили к расстрелу. Но приговор был отменён после того, как «Мадонна с ребёнком» из коллекции князя Мещерского была передана Екатериной Прокофьевной советской власти, затем произошла её встреча с Ф.Э. Дзержинским, и последующее освобождение из-под ареста. После чего княгиня Мещерская уезжает в Подмосковное Петровское, где некоторое время проживает во флигеле дворца, принадлежащего в то время земской больнице, а потом вместе с дочерью уедет на Украину, где в то время, как и по всей России, пылала Гражданская война. В 1919 году она вновь возвращается в Петровское, и опять подвергается аресту, но уже домашнему. Она пишет письмо Дзержинскому, после чего из Наро-Фоминска приезжают чекисты, с уведомлением о выселении её вместе с дочерью из Петровского. В то же время из флигеля, где она проживала, было вывезено всё не изъятое ранее имущество. Умерла она в 1945 году. А её дочь Екатерина Александровна Мещерская дожила до развала советской власти и скончалась в 1994 году, оставив воспоминания о своём прошлом, часть из которых изданы. Но в них дальнейшая судьба «Мадонны» Боттичелли более не упоминается. Не удалось найти следы этой картины в музеях и художественных галереях современной России. Поэтому, для того чтобы найти «Мадонну с ребёнком», пришлось начать её поиск с изучения творчества самого Боттиччели.

Настоящее имя Сандро Боттичелли — Алессандро да Марианно ди Ванни ди Амедео Филипепи. Родился он в семье зажиточного горожанина Мариано ди Ванни Филипепи и получил хорошее образование. А прозвище Botticelli («бочонок») перешло к нему от его брата-маклера, который был весьма толстым человеком. Боттичелли учился живописи у монаха Филиппо Липпи. Потом работал у известного скульптора Верроккьо, а в 1470 году организовал собственную мастерскую. Чаще всего из его мастерской выходили картины с образами Мадонны и Младенца. Объясняется это тем, что такие сюжеты пользовались постоянным спросом. Поскольку заказов на такие работы поступало много, выполнение большей части из них Боттичелли поручал своим помощникам. При этом он сам, как правило, писал лишь основную схему композиции. Свои силы художник приберегал для «тон-до», требовавших от их создателя высочайшего мастерства. Тон-до – это картина или рельеф, круглые по своей форме. Они были очень модными. Самая большая сложность при работе над тон-до заключалась в умении уравновешенно расположить фигуры в рамках выбранной композиции. Замечательным решением в этом смысле отличается «Величание Мадонны». Этот сюжет получил название по первым словам библейского текста, известного как Песнь Богородицы. Боттичелли были написаны: «Мадонна Корсини», «Мадонна с розой», «Мадонна с двумя ангелами», «Мадонна со святыми», «Мария с двумя Иоаннами», «Мадонна с гранатом», «Мадонна с младенцем», «Мадонна с книгой». На всех этих «Мадоннах» у Боттичелли обязательно есть изображение с ребёнком. Все они находятся в галереях и музеях Италии, и какая из них принадлежала коллекции князя Мещерского и принадлежала ли вообще сказать трудно. Но, поскольку известно, что она была написана на дереве, то возможно, что это «Мадонна с младенцем» (1470-1475 гг.) которая находится в Галерее Академии (dell’ Accademia) во Флореции именно она написана на деревянной доске. Но тали это Мадонна, принадлежащая князю Мещерскому, или она хранится у кого либо в частной коллекции остаётся под вопросом?

В больнице села Петровское в 1883 – 1905 годах работала известный врач Александра Гавриловна Архангельская, хирург и окулист. За это время благодаря её организаторским способностям, удалось превратить небольшую сельскую амбулаторию в образцовую больницу. Вместе с тем, её дорога к профессии врача была тернистой. Дочь бедного священника из небольшого города Крапивна Тульской губернии она, лишь к своим 20-ти годам научилась грамотно писать и читать. Но у неё было страстное желание учиться дальше, чтобы получить медицинское образование. В возрасте 20 лет она поступает в Тульскую гимназию, где сидела за учебной партой вместе с десятилетними гимназистками. Однако постоянные шутки со стороны младших девочек-гимназисток над великовозрастной одноклассницей, заставили её оставить гимназию и заниматься в дальнейшем своим образованием самостоятельно. Через год она сдала экстерном экзамены за шестой класс и поступила в седьмой. В 1874 году уже окончила восьмой класс, получив аттестат на звание домашней учительницы русского и немецкого языка. Аттестат об образовании предоставил ей возможность поступить на медицинские курсы, называвшиеся "Особый женский курс для образования учёных акушерок", при медико-хирургической академии в Петербурге. Но за смелость суждений и вольнодумство её ссылают обратно в Крапивну под полицейский надзор, а через месяц разрешают вернуться для сдачи экзаменов. Затем опять ссылка, работа в больнице Арзамаса и лишь в 1881 году ей удаётся окончить медицинские курсы с дипломом первой степени и получением права заниматься акушерством, гинекологией, и педиатрией.

В 1883 году Александру Гавриловну назначают в Петровскую амбулаторию Верейского уезда, где благодаря её стараниям к 1885 году земством была построена больница на 15 коек. Леонид Григорьевич Дробышевский автор краеведческой книги "На берегу Нары" приводит её восторженные слова о Петровском: "… Я не могу достаточно похвалиться очаровательным уголком, одним из лучших, быть может, не только в Верейском уезде, но и во всей Московской губернии". Впервые эти её строки приведены в книге С.А. Якобсона «Земский врач А.Г. Архангельская» - М.;Медгиз, 1958 г. Вместе с тем Тульский краевед Сергей Александрович Рассаднев (1914-1998) в одной из своих публикаций написал об Архангельской: "Значителен вклад Александры Гавриловны в развитие земской медицины, хирургии. За один только год (1886 - 1887) она провела 615 операций. С апреля 1887 г. Архангельская начала делать глазные операции и к 1902 г. прооперировала 1100 больных, сохранила зрение более чем 1000 пациентам. Самым страстным желанием Архангельской было как можно скорее приблизить хирургическую помощь к сельскому населению" (из сайта "Тула и Тульская область"). Вместе с помощницей и подругой в Петровском, врачом Еленой Михайловной Линтварёвой и Антоном Павловичем Чеховым, который работал в то время, в больнице Звенигородского уезда они принимают в 1892 году участие в борьбе с холерой, распространившейся в Серпуховском уезде Московской губернии. Александра Гавриловна и Елена Михайловна бывали в усадьбе Антона Павловича в Мелихово. Письма Антона Павловича хранят немало тёплых слов об Александре Гавриловне. Патриотка России, деятельность которой была тесно связана с традициями русской культуры, служению народа, желавшая ему здоровья и счастья, за свои свободолюбивые взгляды она на протяжении ряда лет находилась под негласным надзором полиции и жандармов. К сожалению, в возрасте всего лишь 54 лет Александра Гавриловна Архангельская умерла. На её сбережения и согласно завещанию при Петровской больнице была построена библиотека, которая просуществовала в ней до 1917 года, а затем была переведена в село Петровское. В начале 20-го века скульптором Александром Николаевичем Златовратским, который бывал на даче своего отца писателя-народника Николая Николаевича Златовратского в «Апрелевке» недалеко от Петровского, выполнен её бюст ныне хранящейся в Петровской больнице. О замечательной русской женщине-враче наши современники и сейчас хранят добрую память. А основанная на её средства библиотека продолжает выполнять свою главную задачу: «сеять разумное, доброе, вечное …», благодаря стараниям и активной жизненной позиции её нынешних сотрудников и прежде всего её заведующей Ольге Николаевне Аветисян.

Но рассказ об истории усадьбы в селе Петровское был бы неполным, если не коснуться ещё одного вопроса. А существовала ли в действительности на куполе дворца Демидовых чугунная статуя Аполлона Бельведерского, поскольку на изображении, представленном нами в начале нашего повествования её нет? Кстати вопрос не пустой и вызывает сомнение некоторых профессиональных историков и наро-фоминских краеведов в её существовании на куполе демидовского дворца. То, что она была установлена именно на этом месте, писал ещё в своих воспоминаниях Ю.А. Бахрушин. В них он же писал, что при посещении усадьбы видел её лежащую в траве рядом с домом. Объяснять кажется бессмысленным, как она оказалась в траве рядом с дворцом, если при этом ещё обратить внимание, на то, что на куполе установлен постамент, отчётливо видный на куполе дворца. Для чего его установили, как ни для статуи? И ни из-за отсутствия внимания, к хозяйству усадьбы свалившейся оттуда? Вместе с тем хотелось бы заметить, а кому было следить за хозяйством, если престарелый её владелец развлекается с молодой девицей в своём Полтавском имении. Имущество Демидовского дворца понемногу растаскивалось, помогли в этом и большевики. Своё нынешнее руинированное состояние дворец Демидовых получил, как говорили старожилы села Петровское от попадания в него авиационной бомбы вовремя войны. В начале декабря 1941 года здесь проходили ожесточённые бои с прорывавшимися к Москве фашистами. Затем дворец разбирали, поскольку в послевоенное время необходим был кирпич и щебёнка для восстановительных строительных работ. Вот он и стал таким, каким есть сейчас представляющий развалины старого замка.

comments powered by HyperComments